Каталония Forever

Вот уроки каталонского, пока неудавшегося национального восстания.

Первый урок — это «Что делаешь, делай быстрее».

Нужно было ещё в вечер референдума, то есть 1 октября, когда испанские полицейские из Гражданской гвардии создали в Барселоне и во многих населённых пунктах Каталонии, что называется, революционную ситуацию, избивая и волоча в крови граждан-избирателей (самое поразительное, что полиция набросилась на избирателей!), нужно было тотчас после закрытия избирательных участков провозгласить независимость.

Прямо там — на площади, среди крови, слёз и криков боли.

Температура общества позволяла.

А национальная революция — это блюдо, которое подают всегда горячим.

Долго, слишком долго, целых десять дней, топтались, переминались с ноги на ногу каталонские политики, а общество тем временем остывало.

Позволили Мадриду стянуть в Барселону сторонников Испании единой и неделимой из других регионов и провести впечатляющую контрдемонстрацию против независимости.

Гражданин же — психически хрупкое существо: когда он увидел контрдемонстрацию, он стал сомневаться, а правильной ли дорогой «мы пошли», ещё он разуверился в своём большинстве, контрдемонстрация поколебала его веру в то, что «мы, каталонцы, хотим независимости».

Психологию масс господин Пюичдемонт если и изучал, то позабыл, а может быть, и не изучал.

Второй урок: позволили вульгарному экономизму вторгнуться в размышления гражданина о независимости. Позволили СМИ разжидить решимость масс к независимости, СТРАСТИ масс к независимости позволили быть размытой экономическими соображениями, услужливо подсунутыми Испанией.

Причём экономические потери Каталонии в изложении СМИ подчёркивались, а экономические потери и самой Испании, и банков, и предприятий, которые планируют бежать из Каталонии, не упоминались вовсе. А ведь и банки, и предприятия, потеряв 7,5-миллионную трудолюбивую трудармию каталонцев, потеряют не меньше, но больше, чем Каталония.

Национальная революция — это страсть, а вульгарный экономизм прямо противоположен страсти, и утверждать, что не следует проводить национальную революцию только потому, что это невыгодно, — неуместно. Это две различные категории. Жить тоже невыгодно, только злость возникает от отсутствия бессмертия.

То, что это ещё и нечестно — ну кто же честен в таких делах, как национальный развод?.. Даже развод супругов — это по большей части трагедия, а уж развод наций — это непременно большая трагедия.

Стремясь удержать сожителя, и супруги, и нации безбожно врут и применяют насилие.

Третий урок, самый важный.

Надо понимать, что происходит, и понять, что происходящее неизбежно.

Основные европейские государства, а это как раз Испания, Франция и Великобритания, — средневековые образования. (Не упоминаю Германию и Италию намеренно, поскольку они стали централизованными и национальными только к 1870 году.)

В отстоящем от нас на сотни лет Средневековье эти государственные образования подмяли под себя и влепили в себя более слабые нации.

Тогда существовало исключительно право сильного, никаких других прав, и некоторые даже крупные нации доставались наследникам престола, как серебряные ложки и вилки в семье обывателя, по наследству от отцов или, в случае королев, шли с приданым. Какая-нибудь Элеонора Аквитанская переходила в мужнюю постель вместе с Аквитанией. Изумительно, да, как было! И мы всё ещё так и живём на этом награбленном в прошлом «имуществе».

Те мелкие народцы, неисторические нацийки, которые сумели сохраниться в средневековых государствах (сохранить язык в первую очередь, ведь многие не дожили: где какие-нибудь хетты, например?), сейчас ожили, поднялись, вспомнили и осознали себя как отдельные нации — и потребовали своего возрождения.

И хотят отлепиться от того кома, в который их влепили насильственно в Средневековье — феодал загнал своей шпагой либо насилие большего, чем они, народа.

Происходит, начался реванш почти забытых, «неисторических», как их ещё пренебрежительно называют, наций, наций-неудачников. Каталонская нация лишь первая из таких.

Предсказываю, что в течение немногих лет в Европе будет не 28, как сейчас, а целых 70, может быть, государств.

Почему это происходит сейчас именно?

А современность дала огромные возможности национальным страстям разгореться.

Современные средства информации позволяют непосредственно в немедленном настоящем времени наблюдать, например, свирепость разгона Гражданской гвардией Испании избирательных участков в Каталонии.

Весь мир видит избиения, и кровь, и страдания, но особенно их видят и распаляются от увиденного те, кому достались эти страдания.

Сегодня те процессы, которые в прошлом занимали 50 лет, происходят в 50 часов.

Поэтому Каталония будет теперь forever.

В Стране Басков на территориях Франции и Испании будет «Каталония», на острове Корсика будет «Каталония», в Шотландии будет «Каталония» — ждите национальных восстаний.

Но, ей-богу, я всё правильно понял.

Поверьте.

Эдуард Лимонов

Темы: 
Блок: AdSense-content
Google AdSense responsive
Президент Украины Петр Порошенко считает, что Украина достигла больших успехов в области...
14:53
Киевские боевики перебросили на железнодорожную станцию Молодость в районе Счастья...
14:50
Свое заявление в День артиллерии хочу начать с поздравления наших военнослужащих!
14:43
Проводить повторный референдум о статусе Крыма бессмысленно, крымчанам не нужно никому...
14:39
Мы продолжаем фиксировать преступления украинских военнослужащих против мирного населения...
14:30
В Луганской Народной Республике надеются, что обмен пленными с украинской стороной...
14:12
Жилой дом в поселке Спартак сгорел в результате ночного обстрела со стороны ВСУ.
14:04
Президент США Дональд Трамп регулярно выражает свою солидарность с украинским народом,...
13:20