«Вашингтон ничем не рискует»: как лидеры ЕС пытаются отговорить Дональда Трампа от выхода из иранской ядерной сделки

Сохранение ядерной сделки с Ираном — одна из главных тем, которые министр иностранных дел Британии Борис Джонсон обсуждает в ходе своего визита в США. Дипломат в очередной раз коснулся этого вопроса в эфире передачи Fox & Friends. Министр призвал американского лидера Дональда Трампа не принимать поспешных решений, но в то же время признал, что у соглашения по ядерной программе исламской республики есть ряд недостатков. Джонсон не первый представитель европейской страны, который пытается убедить Трампа не выходить из Совместного всеобъемлющего плана действий. Почему Старый Свет не готов разорвать сделку с Тегераном, как того хочет Белый дом, — в  нашем материале.

Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон 7 мая принял участие в любимой телепередаче американского президента, чтобы попробовать убедить его в необходимости сохранения Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) по иранской ядерной программе. Речь идёт о программе Fox & Friends, выходящей на телеканале Fox News. Британский министр стал гостем передачи в ходе начавшегося 6 мая двухдневного визита в США. Об этом сообщает агентство Press Association.

В ходе выступления Джонсон выбрал примирительный тон и заявил, что Трамп прав, когда говорит о недостатках ядерной сделки.

«Иран ведёт себя плохо, Иран продолжает разрабатывать межконтинентальные баллистические ракеты, и мы должны это остановить. Мы должны быть жёстче с Ираном», — подчеркнул Джонсон.

Однако при этом глава МИД Великобритании призвал американского лидера «не выплёскивать из ванны с грязной водой и самого ребёнка», поскольку в этом случае Иран может начать активную разработку ядерного оружия. 

Схожую позицию Джонсон высказал 6 мая в статье, опубликованной в газете The New York Times. Глава МИД Соединённого Королевства тогда назвал возможный отказ от СВПД ошибочным шагом. 

«Из всех вариантов развития событий, при которых Иран никогда не получит ядерное оружие, этот договор имеет меньше всего недостатков», — отметил Борис Джонсон. Говоря о ситуации вокруг иранской ядерной сделки, дипломат сравнил её с известным афоризмом Уинстона Черчилля: «Демократия — наихудшая форма правления, если не считать всех остальных».

Джонсон добавил, что у соглашения есть и слабые стороны, однако их вполне можно скорректировать. Именно для этого Лондон ведёт работу с Вашингтоном, Парижем и Берлином, пояснил британский министр. От расторжения ядерной сделки выиграет только Тегеран, считают в Лондоне. По мнению Джонсона, гораздо разумнее «укрепить оковы» вместо того, чтобы разорвать их. 

Министр иностранных дел Великобритании Борис Джонсон 

Выступая в январе прошлого года в Торгово-промышленной палате Тегерана, министр иностранных дел ИРИ Мохаммад Джавад Зариф заявил, что Тегеран может «практически мгновенно» развернуть ядерную программу до прежнего уровня в том случае, если сделка перестанет отвечать интересам иранской стороны.

«Если Исламская Республика Иран когда-нибудь придёт к выводу, что это соглашение больше не отвечает её интересам и она не может извлекать из него пользу, мы сможем вернуться к прежнему состоянию. Для этого нам не потребуется разрешение кого бы то ни было», — заявил министр.

Сейчас британская сторона предлагает наблюдать за тем, как Иран соблюдает условия СВПД, а одновременно противостоять «агрессивным шагам» исламской республики в регионе. В частности, Лондон разделяет опасения Белого дома относительно разработки баллистических ракет и якобы поддержки властями ИРИ террористических группировок.

«Победа американской дипломатии»

Сделка по ядерной программе ИРИ была подписана иранской стороной и странами «шестёрки» (Россией, Францией, США, Великобританией, Китаем и Германией) в июле 2015 года. По условиям достигнутых договорённостей Иран обязался отказаться от любых планов по созданию ядерного оружия в обмен на отмену международных санкций, введённых ранее СБ ООН, США и ЕС. Также Тегеран обеспечивает инспекторам МАГАТЭ доступ ко всем ядерным объектам на территории страны.

В планы иранской стороны входит развитие атомной энергетики при помощи иностранных партнёров — в апреле 2017 года Еврокомиссия одобрила совместный с Ираном проект в сфере атомной безопасности. Речь идёт о создании в будущем Центра ядерной безопасности, который бы содействовал присоединению Ирана к ряду международных соглашений, включая конвенцию о ядерной безопасности.

Недовольным подписанием СВПД остался Израиль. В Тель-Авиве заявляли, что сделка, которую заключили страны «шестёрки» с Ираном, ставит под угрозу безопасность еврейского государства. В частности, израильские власти настаивали на том, что одним из условий сделки должно быть признание Тегераном Израиля, а также «прекращение поддержки террористических организаций». Под ними израильская сторона подразумевает, в частности, ливанское движение «Хезболла». Однако эти требования Тель-Авива были проигнорированы международным сообществом.

Барак Обама назвал подписание сделки по ядерной программе ИРИ «победой американской дипломатии», но сменивший его в Белом доме Дональд Трамп придерживается противоположной точки зрения. Ещё во время предвыборной кампании политик не раз подвергал СВПД резкой критике и заявлял о планах по пересмотру соглашения в случае своей победы. 

По мнению Трампа, ядерная сделка не исключила полностью вероятность создания Ираном ядерного оружия. В январе 2016 года американский президент сообщил, что США выйдут из СВПД, если условия договора не будут пересмотрены. Согласно закону США «О рассмотрении ядерного соглашения с Ираном» (INARA), Белый дом каждые 90 дней продлевает действие режима снятия санкций с ИРИ. Следующая пролонгация условий намечена на 12 мая, в этот день Трамп может вывести Штаты из СВПД.

«Новая тридцатилетняя война»

В Евросоюзе позиция Вашингтона вызывает серьёзные опасения. Выступая на совместной пресс-конференции 7 мая 2018 года, министры иностранных дел ФРГ и Франции заявили о «решимости» спасти СВПД.

«Договорённости следует соблюдать», — подчеркнул глава МИД Франции Жан-Ив Ле Дриан.

Как отметил ранее президент Франции Эммануэль Макрон в интервью изданию Der Spiegel, отказ от СВПД может спровоцировать войну. «Это будет означать, что мы вскрыли ящик Пандоры. Это может означать войну», — подчеркнул Макрон, добавив, что, по его мнению, Дональд Трамп не хочет войны. 

В январе текущего года об угрозе крупного военного конфликта в случае разрыва ядерной сделки с ИРИ предупреждал также министр иностранных дел ФРГ — тогда этот пост занимал Зигмар Габриэль. «Если мы не будем осторожны, на Ближнем Востоке нам угрожают новой тридцатилетней войной», — отметил тогда Габриэль.

Иранская ядерная сделка стала одной из тем переговоров французского и американского лидеров во время недавнего визита Эммануэля Макрона в США. Глава Пятой республики попытался отговорить своего американского коллегу от полного выхода из соглашения. 

В качестве альтернативы Париж предлагает инициировать переговоры о дополнительных условиях сделки при сохранении базового договора. 

Президент США Дональд Трамп во время встречи с президентом Франции Эммануэлем Макроном 

29 апреля глава британского кабмина Тереза Мэй провела телефонные переговоры с канцлером Германии Ангелой Меркель и президентом Франции Эммануэлем Макроном. Стороны пришли к выводу, что принятый в 2015 году план является лучшим инструментом для предотвращения появления на Ближнем Востоке новой ядерной державы. При этом европейские лидеры склоняются к необходимости рассмотреть вопрос ракетной программы ИРИ.

В этот же день Эммануэль Макрон провёл телефонные переговоры с иранским коллегой Хасаном Рухани. Во время беседы французский лидер поднял тему новых переговоров — уже на предмет баллистической программы ИРИ, а также контроля над ядерной сферой после 2025 года, когда истечёт действие СВПД. Хотя Макрон отметил, что речь не идёт об отмене достигнутых прежде соглашений, Рухани заявил, что сделка уже «не подлежит обсуждению». 

Напомним, подписанный в 2015 году документ гласит, что ЕС и США будут воздерживаться от повторного введения санкций против Ирана. В противном случае за Тегераном остаётся право на прекращение своих обязательств по СВПД. Любые споры, связанные с договором, следует решать на совместной комиссии, созвать которую может любой участник сделки. Если комиссия сможет найти компромиссное решение, вопрос должен обсуждаться на уровне министров иностранных дел стран — участниц соглашения. Только после прохождения этих этапов участник сделки может заявить о своём выходе из СВПД. Отметим, что Вашингтон пока не заявлял о сборе совместной комиссии. 

Декларация о намерениях

Между тем Тель-Авив нагнетает напряжённость в ситуации вокруг СВПД. 30 апреля израильский премьер-министр Биньямин Нетаньяху сообщил о том, что разведка страны смогла похитить в Иране секретные документы, якобы указывающие на то, что исламская республика лишь заморозила свою ядерную программу, но не ликвидировала её полностью.  

При этом эксперты напоминают, что сам Израиль в своё время получил ядерное оружие в обход международного сообщества, хотя официально Тель-Авив и не признаёт наличия в стране ядерных боезарядов.

Сейчас израильская сторона всерьёз готовится к войне с Ираном, об этом 6 мая заявил Биньямин Нетаньяху. По мнению политика, иранская сторона сама готовится к наступлению. 

«Мы полны решимости остановить иранскую агрессию против нас, даже если это будет означать конфликт. Лучше сейчас, чем позже», — заявил израильский премьер.

Военнослужащий армии Израиля 

Как отметил  ведущий научный сотрудник Института Европы РАН Сергей Фёдоров, отказ от СВПДможет не только обернуться катастрофическими последствиями для ближневосточного региона, но и очень пагубно сказаться на ситуации с распространением оружия массового поражения в мире.

«Трамп может сколько угодно критиковать сделку, но недопустимо, образно говоря, с водой выплёскивать и ребёнка, — пояснил эксперт . — Эта сделка и была компромиссом, заменить её нечем. Разумеется, в случае разрыва сделки Иран будет усиленно навёрстывать ядерные наработки, а также ускорит работу над баллистическими ракетами. Это прекрасно понимают в Европе, в частности в Париже. Макрон попытался пойти на компромисс с Трампом, говоря о возможности дополнительных переговоров. Но отказываться от СВПД в Европе никто не собирается».

Эксперты сходятся в том, что сегодня ситуация может выйти из-под контроля в любой момент, особенно если учитывать ту вражду, которая тлеет между Ираном и Израилем.

«Вашингтон находится за океаном, поэтому и ведёт такую политику, считая, что ничем не рискует, в отличие от европейцев, которые действительно могут столкнуться с проблемами», — пояснил Фёдоров.   

Похожей точки зрения придерживается руководитель Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семён Багдасаров. По мнению эксперта, главная причина нынешней ситуации вокруг СВПД — недовольство Тель-Авива ростом экономического и военно-политического влияния ИРИ.

«Один лишь отказ Ирана от ядерной программы не удовлетворил израильские власти — в Тель-Авиве хотят не допустить развития иранской экономики, ведь Иран является серьёзной силой и без ядерного оружия», — подчеркнул Багдасаров. 

Газовый фактор

Если на Ближнем Востоке разразится новый крупномасштабный военный конфликт, это затронет интересы не только региональных государств, но и европейских стран, отмечают эксперты.

Во-первых, не исключено, что странам Европы придётся принимать новый поток беженцев с Ближнего Востока. Также, как отмечают европейские политики, страны Старого Света находятся в зоне досягаемости иранских ракет. Европейские державы не заинтересованы в том, чтобы оказаться втянутыми в конфликт с ИРИ ещё и по соображениям энергетической безопасности. 

Иран занимает второе место в мире по запасам природного газа (18,2% мировых запасов, по данным BP), однако из-за санкций экспортные возможности страны были ограничены. В 2016 году Министерство нефти Ирана объявило о планах нарастить мощности выработки газа до 1 млрд куб. м в день. Для сравнения, аналогичные показатели «Газпрома» составляли на 2015 год 1,15 млрд куб. м в сутки.  Наращивание производства сжиженного природного газа (СПГ) было названо иранскими чиновниками приоритетом. При этом, как отмечал глава Национальной иранской газовой компании Хамидреза Араки, иранский газ не будет конкурировать с российским на внешних рынках: Россия делает акцент на поставках голубого топлива по трубопроводам, а Иран — на СПГ.

Однако иранские поставки могут составить конкуренцию американским компаниям. Напомним, в 2017 году США стали нетто-экспортёром природного газа. В 2018 году американская сторона намерена увеличить зарубежные поставки СПГ в полтора раза — с 53 млн куб. м до 83 млн куб. м. Такие планы представило в начале года Управление энергетической информации США. Также в стране строится несколько заводов по сжижению газа.

Европейские импортёры углеводородов заинтересованы в расширении числа потенциальных поставщиков газа — в этом отношении отмена антииранских санкций была на руку ЕС, считают эксперты. Экономическое сотрудничество Европы и Ирана распространяется и за пределы энергетической сферы: только за первое полугодие 2017 года товарооборот между Европой и ИРИ вырос на 94% по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года. В конце 2016 года Тегеран и Париж договорились о поставке в исламскую республику 100 пассажирских лайнеров французской компании Airbus.

«Экономические мотивы играют сегодня свою роль для стран Евросоюза, хотя и не ключевую, ведь, помимо всего прочего, Иран — важный игрок в энергетической области», — пояснил Фёдоров.

Похожей точки зрения придерживается и Багдасаров. Как пояснил эксперт,европейцы уже наметили заход на иранский рынок, были заключены крупные контракты, а сейчас они вынуждены сталкиваться с неожиданными проблемами — отсюда и идут разногласия между США и Евросоюзом по иранской ядерной сделке.

«Неудивительно, что европейские лидеры опасаются начала новой войны на Ближнем Востоке. Что касается возможных опасений Вашингтона встретить в лице Ирана конкурента на нефтегазовом рынке, то они тоже имеют место. Это ещё один фактор, хотя, конечно, и не первостепенный», — подвёл итог Багдасаров. 

 

Надежда Алексеева

Темы: