ВОЗМОЖНА ЛИ ВООБЩЕ РЕАЛИЗАЦИЯ ИДЕИ СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ

Справедливость — что такое справедливость, что такое социальная справедливость, и по отношению к кому? Кто или что определяет саму глубину этого понятия? По каким критериям можно чётко разграничить исполнение факта социальной справедливости по отношению к слабым, бедным и обиженным? Что является наградой или удовлетворением жажды справедливости?

Случай с молодой женщиной, матерью, лишённой прописки дома, в Зеленокумске, и оказавшейся перед чёрным провалом несправедливости — очень и очень социальной, — ни она, ни её дочь не могут воспользоваться теми благами социального минимального обеспечения, которые стопроцентно гарантирует наша Конституция. Её дочь, обучающаяся в обычной средней школе Москвы, каждый день получает нарекания за то, что у неё нет полиса социального страхования. Нетипичный частный случай? Конечно! Но именно в этом и гнездится проблема разрешения социальной несправедливости. Как её решать в таком, отдельном случае? Писать президенту нашей страны? В ООН? В Европейский суд в Страссбурге? Написать, конечно, можно, что и было сделано, но вот ответа она никогда не получит.

Какой инструментарий может применяться обществом, исполняющим функцию своего рода социальной Немезиды? Да и насколько далеко может простираться эта функция, если речь, конечно, не идёт о судебном исполнительстве как форме наказания за ущемление чьих-то юридических прав?

И что же получается в результате? Лес вопросов, джунгли социальной несправедливости, исковерканные человеческие судьбы. Да, естественно, мы в работе проблемного круглого стола должны как-то абстрагироваться от внешнего мира. Можно спрятаться за Кремлёвские зубцы, например, улететь в Куршевель или поползать по Интернету и обнаружить гражданский пафос Компромата.ру. И тогда мы подтвердим, что есть реальный мир с его проблемами и виртуальный, где кот Леопольд промурлычет, что надо жить в мире. Ну а как же в таком случае жить дальше, осознавая, что истине не дано родиться на этом академическом уровне?

С неизбежностью мы выходим к границам правосудия, несущего в себе эти искомые рычаги исполнения вышеуказанной справедливости. Но, исполняя социальную справедливость по отношению к одному человеку, не ущемляем ли мы тем самым права тех, за чей счёт восстанавливается т. н. социальная справедливость? Не получается рассматривать справедливость как общественный социальный пирог, который заботливое государство делит поровну между всеми. Уместно ли говорить о справедливом пенсионном обеспечении каждого гражданина нашей страны, если в одном случае размер пенсии доходит до космической отметки 340 или даже 600 тысяч рублей, а в другом — и 1,5 тысяч не наскребается?

Формулировки наподобие «нет счастья на земле», «бедность не порок», «не в деньгах счастье» и десятки подобных жизненных премудростей навряд ли помогут обделённому человеку почувствовать себя удовлетворённым и утешенным.

Может, тогда имеет смысл обратиться к литературным и историческим героям вроде Робина Гуда, Емельяна Пугачёва, Монте Кристо — как к символам, воплощающим карающее возмездие за совершённые социальные несправедливости?

Нет, мы будем вынуждены вернуться к уровню академической дискуссии, которая и поможет нам, надеюсь, достичь какой-то договоренности, после чего потом с удовлетворением можно будет сказать: я сделал возможное. Чтобы не стать участниками очередного витка лукавства и обмана, не лучше было бы обратиться к истокам этой социальной несправедливости, в чём мы, очевидно, будем единодушны, — к социуму, в котором гнездятся все пороки общества, в котором мы живём, наблюдаем его и пытаемся как-то приспособиться к его несовершенству, принимая порой форму этого искривленного сосуда. В тишине кабинета на вершине Арарата, спасаясь от потопа социальной несправедливости, навряд ли можно справиться с тем, в чём мы живём, что наблюдаем и с чем боремся. Надо кричать и звонить во все колокола, ибо происходящее в нашем обществе давным-давно зашкаливает и перехлёстывает все допустимые пределы.

Свеженькая, социально озабоченная, идея освобождения Москвы, например, от пенсионеров. Это — забота о стариках? Забота о бедных и беззащитных? Понятно, что новому мэру надо как-то отличаться в плане социальной защиты граждан от его предшественника. Он и отличается. Москва таким образом сэкономит десятки миллионов рублей специальной прибавки мэра к пенсиям, заодно получит в своё распоряжение десятки тысяч кв. м для новой финансовой столицы мира, тем самым реализуя установку на изменение статуса столицы.

Создание домов призрения в сотнях километров от города, в котором люди прожили всю жизнь, где у них всё же есть определённые межчеловеческие связи, в этом страшном, но всё-таки родном, знакомом городе... Новый виток переселения народов, что объявили страшным преступлением Сталина перед малыми народами. А старики-пенсионеры не малый народ, но слабый и беззащитный народ. Почему бы не вспомнить руководству Москвы и о других возможностях — о возможностях массового уничтожения слабых и неугодных со всеми людоедскими, пещерными последствиями славного ХХ века?

Конечно же, мы обязаны радеть за социальную справедливость. Но надо помнить, что её никто, нигде и никогда не сервировал готовым блюдом к потреблению. Конечно же, мы помним и Кампанеллу, и Аристотеля, и сны Веры Павловны. И потому озабоченно задаёмся вопросом социальной справедливости и спрашиваем себя, что нужно и необходимо делать в этом направлении.

Мы помним, что сегодня наша страна отмечает 100-летие Великой Социалистической революции, громко возвестившей на всю планету о победе равенства, братства и счастья в России. А сегодня, как и 100 лет тому назад, опять встают те же самые проблемы, которые накапливаются гроздьями гнева и набухают грозными тучами русского бунта.

Пока не поздно, необходимо вовремя чутко реагировать на происходящие несказочные и нелитературные изменения в нашей стране.

Пока государство узаконивает и всячески поддерживает расслоение общества на людей первого, бизнес- и экономического класса.

Пока на стенах возводящихся элитных жилых зданий висят многоэтажные объявления о стоимости кв. м жилой площади «всего от 155 тысяч рублей». Как тут не вспомнить бедного кума Тыкву — героя сказки Джанни Родари «Чиполлино» — строившего крошечный домик, собирая на него по одному кирпичику в год.

За социальную справедливость надо бороться, помня при этом, что это сражение за всех в совокупности и за интересы каждого отдельного гражданина нашей далеко не самой справедливой, не самой демократичной страны в мире.

Пока не поздно, ещё можно успеть, если выйти из тиши академических и правительственных кабинетов и заглянуть в реальность нашей общей и единственной родины — многострадальной России.

Москва, апрель 2017 г.

Ольга Зиновьева

Двух заместителей Шойгу подозревают в "подрыве основ национальной безопасности"...
18:14
Взрывы на складах боеприпасов прогремели в пятницу вблизи украинского села Малоянисоль,...
18:09
Защита экс-президента Украины Виктора Януковича требует от генерального прокурора Юрия...
17:32
Киев готовится распахнуть «дверь в религиозную войну»
17:28
В Киевской области сельсовет выделил украинским военным земельные участки, на которых...
17:09
Мирный житель села Осыково Старобешевского района на юге ДНР получил многочисленные...
17:05
Впервые в Донецке! Пранкеры Вован и Лексус представят свою первую книгу!
14:04