«Приход Джона Болтона повышает вероятность проведения политики сдерживания России»

Президент США Дональд Трамп объявил об отставке своего помощника по национальной безопасности Герберта Макмастера. 9 апреля на этом посту его сменит Джон Болтон. Он представляется идеальным кандидатом на эту должность с учетом той эволюции, которая произошла во внешней политике США за прошедший после прихода Дональда Трампа год с небольшим и вырисовывающейся стратегии «нелиберальной гегемонии».

В соответствии с этой стратегией США, с одной стороны, усиливают односторонность внешней политики, пренебрегают интересами и мнением союзников и партнеров, игнорируют международные организации и действуют, если это тактически целесообразно, в обход их и международного права, отказываются от многих обязательств, сокращают зарубежную помощь и в целом проводят более эгоистический внешнеполитический курс. С другой стороны, они при этом не только не уменьшают, но, напротив, наращивают военные расходы, глобальную военную вовлеченность и усиливают политику сдерживания противников и оппонентов. Эта стратегия всецело соответствует убеждениям Джона Болтона.

В начале 2000-х годов Джон Болтон был одним из главных авторов агрессивно-одностороннего внешнеполитического курса администрации Джорджа Буша-младшего и непосредственно участвовал в исполнении таких решений, как вторжение в Ирак, выход США из договора по ПРО, отзыв подписи США под рядом международных соглашений (Киотский протокол, Римский статут Международного уголовного суда), проведение более жесткой политики в отношении Ирана и Северной Кореи.

Джон Болтон известен своим критическим отношением к ООН и в 1990-х выступал за роспуск этой организации, утверждая, что реальной опорой мирового порядка является гегемония США. Будучи в 2005–2006 годах постпредом США при ООН, он настаивал на необходимости ее радикального реформирования, добиваясь превращения этого института в более удобный и лояльный США инструмент. В период администрации Барака Обамы Джон Болтон выступал с резкой критикой «мягкой» политики демократической администрации, в том числе «перезагрузки» с Россией, и высказывался за военное решение проблем Ирана и КНДР. Этот «багаж» будет идеально сочетаться с нынешним курсом администрации Дональда Трампа, способствовать закреплению во внешней политике США стратегии «нелиберальной гегемонии».

Единственное серьезное разногласие между Джоном Болтоном и главой Белого дома может возникнуть по вопросу о роли продвижения демократических ценностей во внешней политике США. Будучи убежденным неоконсерватором, Джон Болтон считает, что США и далее должны преобразовывать мир в соответствии со своими ценностями, в том числе военными методами. Он был одним из ключевых вдохновителей решения администрации Джорджа Буша-младшего о вторжении в Ирак в 2003 году и реализации ею стратегии «модернизации и демократизации» Большого Ближнего Востока. В ООН Джон Болтон добивался ослабления позиций «недемократических» стран в ключевых институтах и усиления роли «демократий».

Дональд Трамп же настаивает на ослаблении роли идеологии во внешней политики США, полагая, что последняя должна в большей степени ориентироваться на интересы, а не ценности. Глава Белого дома не раз утверждал, что США не намерены навязывать другим странам свои ценности и образ жизни и тем более заниматься «государствостроительством».

Однако, с другой стороны, в нынешних обстоятельствах и идеологические убеждения Джона Болтона могут прийтись кстати. В последние месяцы зримо происходит новая реидеологизация американской внешней политики. Теперь вместо распространения демократии на Ближнем Востоке речь идет об идеологическом обосновании стратегического сдерживания России и Китая. Это сдерживание уже стало новым организационным стержнем внешней политики США как на глобальном уровне, так и в большинстве регионов мира. Под него усиленно подводится идеологическая подкладка. Говорится о глобальном размежевании на «свободный мир» во главе с США и их ключевыми союзниками и партнерами и «авторитарный блок» «ревизионистских» держав, стремящихся обрушить либеральный международный порядок. Приход Джона Болтона придаст этому идеологическому нарративу большую целостность и еще большую наступательность.

В целом, его приход знаменует собой превращение внешнеполитического блока администрации Дональда Трампа в коалицию единомышленников — людей, приверженных жесткому, одностороннему силовому подходу и наступательной политике в отношении оппонентов и противников. Степень внутренних разногласий и споров внутри администрации понизится, и ее «общий знаменатель» будет чаще совпадать с подходами президента Трампа.

Приход Джона Болтона повышает вероятность дальнейшего проведения политики стратегического сдерживания России и Китая на глобальном и региональных уровнях, выхода США из ядерной сделки с Ираном, жесткого торга с КНДР, дальнейшей поддержки Израиля. Скорее всего, США откажутся от серьезных переговоров с Россией по стратегической стабильности, контролю над вооружениями и кибербезопасности.

В этих обстоятельствах курс России на укрепление сдерживания США, обозначенный президентом Владимиром Путиным в послании Федеральному собранию, представляется безальтернативным на ближайшие несколько лет. Одновременно следует укреплять диалог и сотрудничество с ключевыми западноевропейскими (Германия, Франция, Италия) и азиатскими (Япония, Южная Корея) союзниками и партнерами США, у которых подобная эволюция внешней политики США вызывает большую озабоченность. Наконец, следует продолжать курс на интенсификацию партнерства с ключевыми незападными центрами силы.

Источник