Украине разрешат не возвращать России три миллиарда долларов

По мере того как процесс вокруг трехмиллиардного долга Украины по так называемым евробондам Януковича движется к финишной прямой, возникает естественное желание предсказать результаты лондонского судебного разбирательства. По большому счету с юридической точки зрения ситуация ясна как дважды два: Украина выпустила еврооблигации на три миллиарда долларов, Украина не заплатила по этим облигациям, которые были выпущены по британскому праву, Украина должна по этим облигациям заплатить держателю — то есть России. Даже если киевскому правительству очень сильно не нравится Россия, россияне и лично Владимир Путин.

Проблема, однако, в том, что вопрос стал политическим — и теперь перед британской фемидой стоит дилемма: пожертвовать ли репутацией Лондона как мирового финансового центра ради того, чтобы нанести ущерб России, или все-таки поставить наработанную веками репутацию выше сиюминутных геополитических интересов.

К сожалению или к счастью, судя по последним действиям британских властей, можно делать ставку на то, что британская судебная система, руководствуясь исключительно русофобскими и геополитическими соображениями, разрешит Украине не платить по своим российским долгам. Дело в том, что Великобритания уже пошла на действия, которые уничтожают репутацию Лондона как надежного финансового центра, причем это было сделано в ситуации, где ставки были намного меньше, чем в случае с "евробондами Януковича", а политическая заряженность вопроса была незначительной по сравнению с накалом антироссийской истерики.

Грубо говоря, если Банк Англии не постеснялся "кинуть" Венесуэлу на 14 тонн золота, то уж разрешить Украине не платить три миллиарда долларов России — это почти само собой разумеющееся дело для британской судебной системы. Хотя, конечно, еще есть мизерный, но шанс, что вменяемые лидеры лондонского Сити смогут этому помешать.

Банк Англии в Лондоне

Суть "венесуэльского прецедента", который было бы правильнее назвать "венесуэльским золотым скандалом", проста. Это первый случай в новейшей истории, когда британская государственная структура, руководствуясь исключительно политическими соображениями, отказывается выполнять свои прямые обязательства перед иностранным государством. Агентство Рейтер в эксклюзивном материале сообщает о деталях ограбления по-английски: правительство Венесуэлы потребовало от Банка Англии вернуть в Венесуэлу 14 тонн венесуэльского золота, которое находится в Лондоне на хранении. Банк Англии отказывается передавать Венесуэле эти 14 тонн золота (стоимостью примерно 550 миллионов долларов). Несмотря на то, что никакого законного права на захват венесуэльского золотого запаса у британских властей нет: венесуэльское правительство держало золото в Лондоне на хранении и использовало его в качестве залога по международным кредитам, которые оно привлекало, а сейчас венесуэльские власти требуют его назад.

Британская The Sunday Times сообщает со ссылкой на неназванных британских чиновников, что Банк Англии не выдает венесуэльское золото по причине опасений, связанных с его дальнейшей судьбой: "Существуют опасения, что мистер Мадуро может захватить золото, которое принадлежит государству, и продать его для личного обогащения". Англичане отличаются своим чувством юмора, конечно, и их забота о сохранности венесуэльского государственного имущества выглядела бы очень трогательно, если бы она не являлась прикрытием для откровенного грабежа Венесуэлы и ее граждан. Невозможно себе представить, чтобы в документах, по которым была оформлена передача золота на хранение в Банке Англии, было прописано право Банка Англии не возвращать золото в том случае, если у британских банкиров или чиновников вдруг возникнут "подозрения по поводу его использования" хозяевами. Это значит, что британский Центральный банк — краеугольный камень британской финансовой системы — сознательно идет на нарушение контракта, на попрание всех писаных и неписаных правил финансового мира, и делает это абсолютно сознательно. Только сумасшедший может после такого инцидента доверять британской финансовой системе в целом и Банку Англии в частности. Конечно, у Лондона еще есть время передумать: Банк Англии отказался официально комментировать ситуацию, а официальный Каракас также пока воздерживается от выноса скандала в публичное и дипломатическое пространство. Видимо, надеясь на то, что можно будет убедить британских чиновников все-таки не жертвовать репутацией страны ради 14 тонн золота.

Если исходить из тех предлогов, которые используют британские официальные лица, легко заметить, что их подход открывает широчайшие возможности для проявления креативности в судебном разбирательстве по поводу тех трех миллиардов, которые Украина должна России по "евробондам Януковича". Если Венесуэле можно не возвращать золото, мотивируя это тем, что президент Мадуро может его выкрасть и продать для собственного обогащения, то что мешает британскому суду заявить, что, в принципе, Украина действительно должна России три миллиарда долларов, но суд опасается, что президент Путин будет использовать эти деньги во зло. А значит, эти три миллиарда долларов России отдавать никак нельзя.

Не исключено, что с точки зрения британской политической элиты можно пойти еще дальше. И, например, заявить, что эти три миллиарда долларов будут обязательно использованы Россией для производства "Новичка" или для подрыва британской демократии с помощью хакерских атак и покупки политической рекламы в соцсетях. Нельзя исключать даже, что у британского суда хватит воображения придумать еще какое-нибудь абсурдное объяснение своего нежелания отдавать России три миллиарда долларов.

Впрочем, это необязательно предполагает, что Украину не заставят эти деньги выплатить: схема "забрать три миллиарда долларов у Украины в счет ее российских долгов и оставить их на вечное хранение себе", вообще говоря, вполне соответствует британскому представлению о справедливости.

Репутация Лондона как мирового финансового центра, где свободно ведут бизнес банкиры, диктаторы, коррупционеры и преступники со всего мира, выстраивалась в течение нескольких веков. И важнейшей составляющей этой репутации была уверенность в том, что правила будут соблюдаться при любых условиях. Как только британские суды и британские финансовые институты начнут ставить политику выше собственных правил, потенциальные клиенты начнут разбегаться, тем более что желающих "откусить" кусок очень выгодного бизнеса по правовому и финансовому обеспечению сделок, связанных с долговыми обязательствами развивающихся стран, всегда достаточно. Без "черных" денег со всего мира Лондон — финансовый труп, а не финансовый центр. А уж если деньги объявляются "черными" исходя из политической целесообразности, то вся привлекательность любого, даже самого лучшего, финансового центра падает до нуля.

Наблюдая за действиями Великобритании в последнее время, трудно отделаться от ощущения, что после Brexit, который с точки зрения значительной части британской элиты является национальной катастрофой, все традиции, приличия и даже вековая привычка к стратегическому мышлению были выброшены на помойку. На королевском гербе Соединенного Королевства присутствует девиз "Бог и мое право", но сейчас его де-факто заменяют на лозунг менее развитых подопечных Лондона — "Сгорел сарай, гори и хата!".

Если уж Лондон после Brexit в любом случае потеряет значительную часть из трех триллионов долларов иностранных (в основном европейских) денег, которые находятся "под управлением" в банках и фондах лондонского Сити, то какая разница: тремя миллиардами больше или меньше? Да и украсть напоследок 14 тонн венесуэльского золота — тоже мелочь, но какая приятная.

Будет жаль, если британское правосудие все-таки "простит" в той или иной форме долг Украины. Но, с другой стороны, три миллиарда (которые в любом случае было бы очень сложно взыскать с Украины даже при правильном решении британского суда) — это очень невысокая цена за добивание репутации Лондона как финансового центра.

Иван Данилов