Война Марины

Жила-была одна женщина в Днепропетровске по имени Марина Меньшикова. Родилась она в матушке России в Оренбургской области в 72-м году, волею судьбы оказалась с семьей в Днепропетровске, прожила в нём достаточно. С приходом на незалежную бандеровщины заняла твердую гражданскую позицию, безоговорочно приняв сторону Русской весны.

Участвовала в митингах, штурмовала с другими активистами госадминистрацию, не стеснялась в определениях хунты, не опускала руки и после захвата города нацистами собирала средства для сопротивления и участвовала в нём всеми своими силами. Марина не была командиром, не имела административного опыта и уж точно не имела никаких высокопоставленных «кураторов». Это была война с беспределом одного обычного человека, простой русской женщины. И она погибла на этой войне. Причиной гибели стало предательство.

Я никогда раньше не знал о Марине Меньшиковой. Часто общаюсь с вынужденными переселенцами, политэмигрантами, окопавшимися у нас, но о ней раньше не слышал, признаюсь. Всё изменилось 26 февраля, с чёрной новостью о том, что в днепропетровском СИЗО Марина умерла.

В Укропии по этому поводу начались бурные празднества – хохлоинтернет бурлит, справились с видной сепаратисткой. Мэр этого несчастного города тут же во всеуслышание начал намекать, что, мол, к тому и шло, всё это было предрешено. Мэров разных много, но этого мы помним отчётливо, это тот самый Филатов, который в 14-м году по отношению к активистам восстания заявлял: «обещайте всё что угодно, а вешать будем потом». И вот в своём комментарии этот «видный руководитель» как бы даёт понять, что не без его влияния случилась эта трагедия. Ну и, конечно, глумливо добавляет на вид каждому из нас – «Россия тебя бросит, сынок, всегда».

Нынче, в 2018-м году, мы точно знаем, что существует две России. Я их видел обе. Первую – в миллионах глаз, тысячах писем, духовной и материальной помощи из мегаполисов и забытых Богом деревушек со всей большой страны, многих тысячах добровольцев, готовых пролить свою кровь за то, чтоб мы не были сожраны укропом.

И есть ещё одна, другая. Очерченная высокими заборами, запертыми тяжелыми дверями с табличками, «особыми» инструкциями и абсолютным страхом. Это Россия чинуш. И их там легион. Они нас не любят и боятся. Не любят потому, что для безыдейных любой контакт с пассионариями крайне некомфортен. Мы для них вроде психов, возмутители спокойствия. Казалось бы, сиди себе тихо, работай молча, получай зарплату, делай карьеру, умирай спокойно, как все. Будь хорошим муравьём в любой ситуации. А любой, способный вызвать несогласованное волнение, любой, смеющий активно выражать свою волю, – таким хуже лютого врага. Особенно опасно отсутствие лизательных рефлексов и навыков, например. И значит – такого надо топтать и топить.

А боятся потому, что не знают, что будет дальше. Политика – она такая переменчивая штука, сегодня один ветер, завтра совсем другой. Наверху сидят отнюдь не боги, а такие же люди, которым так же присуще ошибаться, как и всем другим. И вот сегодня ты вроде легко распоряжаешься чужими жизнями и вытираешь ноги о переселенца, а завтра собираешь сухари и едешь обживать малогостеприимные курорты моря Лаптевых как проводник враждебной государственной политики. Впрочем, чего это я такой наивный? Гибкости этим господам не занимать.

Ну так вот, не будем дураками под дудочку подлеца Филатова. Не Россия бросает, а совершенно конкретные людишки, которым я бы нашёл куда как более полезное применение на свежем воздухе. Товарищ Сталин совершенно правильно говорил, что у каждого безобразия есть фамилия, имя и отчество. А я позволю себе добавить, что если эти имена не называются вслух, то речь идёт о сговоре.

Что касается Марины, то была она, по сути дела, в бегах. Пару лет назад, находясь в Днепропетровске, она реально отбивалась от прицепившегося к ней правосека и даже настучала ему по тыкве. В совокупности с прошлыми акциями находиться там ей стало просто опасно, и она выехала в Россию. А в Крыму у неё папа живёт, пожилой человек. Вот и в этот раз она, посещая больного отца, нуждающегося в уходе после операции, вдруг вызвала гнев «местной общественности» – и её начали буквально травить. Я думаю, теперь, когда дело получило широкую огласку, истинные причины этой травли будут озвучены. Убедительные версии уже есть, но я не желаю обвинять кого-то бездоказательно и дождусь правды. Как бы то ни было, преследование было организованным. Представители «общественности» хвостом бегали за женщиной и выживали её с полуострова. Сильно огорчила кого-то своим присутствием.

Да, травили Марину совершенно в открытую. Нельзя ей никак возле отца в российском Крыму находиться более 90 дней. Ни в коем случае. Марш в Укропию, там, в Днепропетровске, коломойшины карбаты уже дорожку расстелили и речь подготовили. Марина провела в Крыму 94 дня. 4 лишних дня были поводом обращения специально обученной «местной общественности» в суд, и судья Сергей Красиков тут же радостно выписал штраф, повелев выдворить женщину на съедение к пану Филатову, прекрасно понимая, чем грозит Меньшиковой такая высылка. Апелляция была отклонена сходу. Марину толкнули на эшафот в буквальном смысле.

«Депортация не может быть осуществлена в отношении:

- лиц, утративших статус беженца или лишенных статуса беженца, если их жизни или свободе на родине угрожает опасность преследований по признакам расы, религии, гражданства и т.д.».

Закон «О пребывании иностранных граждан

на территории Российской Федерации».

А в Днепропетровске Марину ждал уже другой Красиков – прокурор, удивительным образом носящий ту же фамилию, что и крымский судья. Марина умерла в днепропетровском СИЗО. Пан Филатов настолько проникся этой новостью, что даже сообщил время смерти, с точностью до минуты – 8:32 утра. Говорит, что она была в камере с тремя другими задержанными женщинами, но они крепко спали. Брешет, подлец. В 8:30 ни в одном СИЗО не спит уже никто, там режим и подъем в 7:00. Марина была энергичной, боевой женщиной, она бы не сдалась. Её убили.

Такое нельзя замалчивать. Теперь в интернете много материалов об этой истории, тысячи людей откликнулись на произошедшее, многие известные люди выразили своё негодование. Но у интернета есть недостаток – всё, публикуемое в электронных СМИ, уходит, опускается на дно, тонет под грузом более новых новостей. А из газеты не вырубишь топором. Эта статья никуда не уйдёт и сохранит память о маленьком солдате большой, настоящей страны, память о Марине Меньшиковой, русской женщине.

 

Помолитесь за её душу, люди добрые.

 

Дмитрий Дезорцев